Хевролина В. М.

Рецензия на книгу: Н.Н. Лисовой. Русское духовное и политическое присутствие в Святой Земле и на Ближнем Востоке в XIX - начале XX в.

Монография старшего научного сотрудника Центра истории религии и Церкви Института российской истории РАН Н. Н. Лисового посвящена мало исследованной в отечественной исторической науке проблеме Русской Палестины. Эта проблема в настоящее время чрезвычайно актуальна в связи со сложной политической ситуацией на Ближнем Востоке и необходимостью определения там роли России и ее национальных интересов. Автор рассматривает историю русского присутствия в Палестине и на Ближнем Востоке в широком тематическом и географическом плане. Хронологические рамки работы - с XII в. до наших дней. Причем основное внимание уделено периоду XIX - начала XX вв., когда Россия проводила активную политику в этом регионе.

Книга Лисового, известного своими трудами по истории русской государственной и церковной политики на Ближнем Востоке , закрывает существенный пробел в историографии вопроса. Как справедливо замечает автор, и светские, и церковные историки в исследовании названной проблемы были не свободны от определенных догм и клише, приводящих к односторонности и даже тенденциозности. Рецензируемый труд впервые в отечественной историографии воссоздает на архивно-документальной основе сложную и противоречивую картину российского политического, духовного и гуманитарного присутствия в Святой Земле и на Ближнем Востоке с достаточной объективностью и полнотой. По сути дела, это новаторское исследование, раскрывающее многоаспектность проблемы и показывающее Русскую церковь как один из важных инструментов борьбы за национальные интересы России, за укрепление веры, духовности и конфессиональной солидарности русских людей.

Книга основана на изучении большого круга новых источников, выявленных автором в Архиве внешней политики Российской империи, Государственном архиве Российской Федерации, Архиве Отдела внешних церковных связей Московской патриархии, Отделе рукописей РГБ и др. Исследованию предшествует аналитический обзор источников и литературы по теме.

В 5 разделах (16 главах) монографии рассмотрено множество важнейших как теоретических, так и конкретных аспектов проблемы. Особое значение, на мой взгляд, имеет глава 2 - "Иерусалимский вектор российской внешней политики", где изложена основная авторская концепция, согласно которой "с самого начала и на протяжении веков тяга к Святой Земле находила на Руси свое выражение не только в народно-церковном, стихийном паломническом движении, но и в государственной инициативе". Автор выделяет и анализирует основные этапы формирования системы государственной зашиты интересов русских паломников. С конца XVII - начала XVIII вв. инициатива в защите русских паломников и их интересов переходит - в соответствии с общей тенденцией - от Церкви к светским, государственным структурам и реализуется, как показывает исследование, в преемственной последовательности мирных договоров России с Турцией, которой с 1517 г. принадлежала Палестина. "С Петром Великим, - утверждает исследователь, - окончилась эпоха чисто благотворительного отношения московских царей к проблемам Востока и, ничуть не снижая своей щедрой благотворительности, Россия "прописывает" для себя и своих политических партнеров Восточный вопрос отдельной статьей в дипломатических трактатах". Эту линию, по словам автора проводили во внешней политике и преемники Петра, "умело используя в своей дипломатии комбинацию религиозных и политических мотивов" (с. 41).

Один из параграфов данной главы посвящен теме Иерусалима и "стран библейского региона" (термин, вполне уместно введенный Лисовым) в контексте Восточного вопроса. Как показывает автор, какой-либо отчетливо сформулированной концепции присутствия и деятельности России на Ближнем Востоке в течение XIX - начала XX вв. в отечественной историографии так и не было выработано. В работах, посвященных Восточному вопросу, рассматривалась главным образом освободительная борьба на Балканах и почти ничего не говорилось о политическом значении Иерусалима и Палестины. Лисовой в этом смысле выступает первооткрывателем совершенно неисследованного и по сути неизвестного современным ученым отдельного фронта русско-турецкого и русско-европейского противостояния, который связан с Иерусалимом и Дамаском, с деятельностью там русских консулов, Русской духовной миссии и Палестинского общества.

Начало этому принципиально новому этапу в истории русско-палестинских связей положила Крымская война. Ее военные и политические результаты, заставившие правительство Александра II приступить к осуществлению обширной и серьезнейшей программы реформ в социально-экономической и духовной жизни Российской империи, не могли не коснуться и положения дел в Палестине. До того момента русская политика в регионе базировалась преимущественно на традиционном - и для России, и для ее партнеров - представлении о решающей роли России в защите интересов христианского населения на Востоке. Теперь Русскому государству пришлось в этом вопросе существенно потесниться в пользу европейских держав. Новый подход, считает автор, "призванный компенсировать проигрыши и уступки, состоял, в духе времени, в формировании сферы собственных интересов в Святой Земле и, значит, собственного плацдарма проникновения. Удобным и перспективным орудием для этого являлась исторически интенсивная и легко поддающаяся активизации стихия русского паломничества. Поставить его на поток, сделать даже если не экономически выгодным, то в известной степени самоокупаемым, а для этого создать соответствующую инфраструктуру в Палестине и обслуживающую ее транспортно-коммуникационную систему на Черном и Средиземном морях - таковы были требования момента" (с. 57).

Объектом исследования в последующих главах является деятельность на Ближнем Востоке российских церковных и дипломатических представительств, а также паломнических учреждений, служивших непосредственным инструментом русской политики в регионе: Русской духовной миссии в Иерусалиме (главы 3 и 6), Палестинского комитета и Палестинской комиссии при Азиатском департаменте МИДа (глава 4), русского консульства в Иерусалиме (глава 5) и Императорского Православного Палестинского общества (ИППО - глава 7).
ИППО посвящена значительная часть монографии. Подробно, на большом документальном материале анализируется история его возникновения, эволюция его устава и управленческой структуры, источники финансирования, основные строительные, гуманитарные и научно-исследовательские проекты. Вот лишь несколько цифр. Согласно "Свободному каталогу" российских недвижимостей, составленному Лисовым ранее (опубликован в 2-томнике "Россия в Святой Земле") и широко используемому в данной монографии, России в Палестине к 1914 г. принадлежали 70 объектов недвижимости (земельные участки, подворья, храмы) общей стоимостью почти в 2 млн. руб., из которых более половины принадлежало ИППО, остальные - Русской духовной миссии (а, значит, Святейшему Синоду) и консульству (т.е. правительству). 8 подворий в Иерусалиме, Хайфе и Назарете могли принять ежегодно до 10 тыс. паломников.

Впечатляет и выявленный автором масштаб работы, проводившейся ИППО в просветительной и гуманитарной сферах. Десятки тысяч местных жителей получали бесплатную медицинскую помощь в русских больницах и амбулаториях в Иерусалиме, Вифлееме, Назарете. В 1880 - 1890-х гг. Обществом было основано более 100 школ и 2 учительские семинарии (мужская и женская), в которых обучалось 10.5 тыс. учащихся. Выпускники русских школ составили со временем основу национальной арабской интеллигенции не только Палестины, но также Сирии и Ливана. По закону, принятому Государственной думой и утвержденному императором Николаем II 5 июля 1912 г., содержание школ в Сирии и Ливане было проведено отдельной строкой бюджета Российской империи (более 150 тыс. золотых руб. в год). Такая же мера планировалась для школ собственно палестинских (с. 201).
Особое место уделено анализу научной работы Общества в области исторического, археологического, филологического исследования стран библейского региона. Только за первые 25 лет его существования (1882 - 1907 гг.) было выпущено в свет 347 изданий по палестиноведению.

Археологические раскопки близ храма Гроба Господня, на Елеонской горе и в Иерихоне не утратили своего значения и сейчас. Обществом финансировались такие крупные научные проекты, как сирийско-палестинская экспедиция Н. П. Кондакова, А. А. Олесницкого и Я. И. Смирнова (1891 г.) и путешествие директора Русского археологического института в Константинополе академика Ф. И. Успенского в Сирию, Баальбек, Пальмиру, Иерусалим (1898 г.). В 1900 - 1902 гг. по инициативе секретаря ИППО В. Н. Хитрово при Совете Общества были организованы "Собеседования по научным вопросам, касающимся Палестины, Сирии и сопредельных с ними стран", которые академик В. В. Бартольд охарактеризовал позже как "одну из немногих попыток образования в России Общества ориенталистов со специальными научными задачами". Отдельный параграф автор посвятил обсуждавшемуся в 1914 - 1915 гг. проекту создания Русского археологического института в Иерусалиме (по образцу функционировавшего в 1894 - 1914 гг. Русского археологического института в Константинополе).

В третьем разделе книги автор исследует те направления деятельности Палестинского общества, которые выходят за рамки собственно Палестины и даже Ближнего Востока. С интересом читаются главы о "румынском следе" (глава 8), об участии ИППО в церковной "революции" 1897 г. в Антиохийском патриархате (глава 9), о разыгрывании иерусалимской карты в русско-эфиопских отношениях (глава 10). Своеобразной "вставной новеллой" является рассказ о неудачной попытке России и ИППО утвердиться в Мирах Ликийских на турецком берегу Средиземного моря, обернувшейся, благодаря умелому маневрированию руководства ИППО, важным культурным и политическим достижением в Италии - строительством храма во имя святителя Николая и подворья ИППО в г. Бари (глава 11).

Четвертый раздел автор озаглавил "Личности и массы". Личности - это патриархи Иерусалимские, от которых преимущественно зависело развитие русско-палестинских отношений (глава 12), массы - это православные паломники, основной фактор русского присутствия в Святой Земле (глава 13). Феномен христианского паломничества отнюдь не относится к числу сколько-нибудь исследованных в исторической литературе. Между тем, как всякое историческое явление, паломничество имеет свои закономерности, свою периодизацию, свою религиозно-психологическую специфику. В названной главе Лисовой выявляет социальный состав и образовательный ценз русского паломничества, вскрывает противоречивый характер этого массового движения, останавливаясь не только на позитивных, но и на негативных его чертах, исторически и социально обусловленных.

Особое внимание привлекает пятый раздел книги "Россия и православный Восток: век двадцатый", где, в частности, анализируются церковно-политические утопии XX в. - проекты церковных деятелей и ученых, касающиеся судьбы Палестины после Первой мировой войны. Надежды на приобретение проливов, а тем паче территории Палестины, как мечтали некоторые из церковных прожектеров, как известно, не сбылись. Но они, как указывает автор, нашли своеобразный отклик в планах советского руководства, предпринимавшего после Второй мировой войны усилия к возвращению российской церковной собственности в Палестине как к средству усиления российского присутствия в регионе.
К числу недостатков монографии следует, на мой взгляд, отнести не до конца прослеженную историю отношений Русской духовной миссии и российского консульства в Иерусалиме. Автор лишь сформулировал проблему (с. 101 - 102), но не развил ее, не желая, видимо, акцентировать внимание на подковерной борьбе различных ведомств и инстанций. Между тем, вскрытие ведомственных и групповых интересов могло бы сделать более выпуклой картину русского проникновения в страны Ближнего Востока.

С неодинаковой полнотой анализируются различные этапы развития школьного дела ИППО. Подробно показав основные тенденции просветительной работы в Иерусалимском патриархате, автор лишь кратко и суммарно говорит о школьной работе Общества в Сирии и Ливане. Интересно было бы также проследить судьбу российских учреждений в годы Первой мировой войны, когда служащие Духовной миссии и Палестинского общества, в том числе учителя русских школ, были частично высланы из страны, частично интернированы турецкими властями.
Хотелось бы больше знать о взаимодействии Русской православной церкви в Палестине с другими христианскими конфессиями (католической, протестантской), отношения с которыми были далеко не безоблачными.

Разумеется, объем книги диктовал определенную сдержанность в подробностях и многообразии сюжетов.
Высказанные замечания ни в коей мере не умаляют достоинств монографии Н. Н. Лисового, которая является, на мой взгляд, серьезным и во многом первооткрывательским вкладом в историографию.

Исследование позволяет сделать важные для истории России выводы, в том числе о совпадении интересов государства и Церкви в Ближневосточном регионе, о роли народной дипломатии (в форме паломничества и просветительской деятельности Русской церкви и Палестинского общества), в расширении русско-арабских связей, наконец, о значении Русской Палестины во внешней политике России и ее геополитических планах.